Оговоримся сразу: за достоверность истории возникновения этой поговорки ручаться трудно. Но она занимательна.

В рождении этого сочетания слов, как рассказывают, повинна мода, которая возникла в Англии еще в XII веке. На большом пальце правой ноги английского короля Генриха II Плантагенета появился уродливый нарост. Король никак не мог изменить форму обезображенной ноги. Поэтому он заказал себе башмаки с длинными, острыми, загнутыми кверху носками.

Эффект оказался потрясающим. Уже на следующий день сапожники были завалены заказами на «носатую» обувь; каждый новый заказчик стремился перещеголять предыдущего. Король счел за благо ограничить длину носков в законодательном порядке: обыкновенным гражданам разрешалось носить башмаки с носком не длиннее полуфута (15 сантиметров), рыцарям и баронам - в один фут (около 30 сантиметров), а графам - в два фута.

Размеры обуви стали, таким образом, свидетельством богатства и знатности. Про богатых людей заговорили: «Ишь, живет на широкую ногу (или на большую ногу)!»

Чтобы огромные ботинки не сваливались, модникам приходилось набивать их сеном. Поэтому во Франции, которую эта мода тоже не миновала, родилось и другое выражение: «иметь сено в башмаках»; оно также означает: «жить в довольстве».

Почему же все-таки приходится сомневаться в достоверности этой истории? Да потому, что законодателем этой моды называют также отца Генриха II - Готфрида Плантагенета.

Другие относят появление длинной обуви к XIV веку. Испанцы считают, что идиома «жить на широкую ногу» является испанской, немцы - немецкой, и т. д.

Одно лишь несомненно: выражение это - точный перевод с немецкого - стало широко употребительным в России каких-нибудь сто с лишним лет назад, после того, как в 1841 году «Литературная газета» поместила заметку о его происхождении.

Рассказ о королевской мозоли, о связанной с нею моде и о возникшем благодаря ей присловье заинтересовал читающую публику. Все это привело к тому, что чужестранное словосочетание укоренилось и на русской почве.