Главная / Народы РФ и мира / Онлайн чтение книги Из огня да в полымя Кир Булычев. Из огня да в полымя
25 сентября 2022

Онлайн чтение книги Из огня да в полымя Кир Булычев. Из огня да в полымя

Значение

значение из огня да в полымя

«Из огня да в полымя»: почему мы так говорим? Если представить, что человек из одного огня сразу же попадает в другой, можно понять: такая ситуация не сулит ничего хорошего. Потому что старорусское слово «полымя» — это «пламя», «огонь», а не «полынья», как думают некоторые.

Например, человек может справиться с одной проблемой, и на него тут же сваливается другая, а бывает и так, что беда не приходит одна, то есть горести налетают снежным комом. А потому у поговорки, говоря современным языком, довольно пессимистичное значение. «Из огня да в полымя» — здесь остается только посочувствовать человеку, попавшему в черную полосу. Однако нужен пример, простой и понятный.

Ольга Славина — Из огня да в полымя

1 …

Ольга Славина

Читайте также: Урок-игра по сказке В.И.Даля «У тебя у самого свой ум».

Из огня да в полымя

Глава 1

Огонь пожирал дом. Это был поздний ужин. Давно уже пробило полночь. Но огонь не сидел на диете. Он жадно ел стены, пол, потолок. Вгрызался в окна и двери. Дом был деревянным, значит, пожар неостановим.

Кате снилось, что кто-то душит ее. Схватил за горло и не хочет размыкать стальных объятий. Она закашлялась и поняла, что это не сон. Вокруг было полно дыма. Именно он не давал ей дышать. Глаза слезились. Изображение не настроилось, даже когда она схватила с тумбочки свои очки. Горло саднило, голова кружилась. Катя вскочила с кровати. Спальню заполнял едкий туман, по краям которого что-то тлело и горело. Катя оказалась в эпицентре пожара…

Но сначала она оказалась на седьмом небе. Да, именно так нужно было назвать это место. Элитная зона отдыха в Подмосковье. Парк-отель. Отдельные коттеджи со всеми удобствами, включая джакузи и сауну. Вид на сосны, реку и закат. Прогулки верхом, теннис, боулинг, шашлыки и купания. Сказка, ставшая былью на излете лета и на берегу Оки.

А еще это своеобразный тест на уровень притязаний и самореализацию личности. Если ты здесь, значит, жизнь удалась. Если ты здесь не один, значит, удалась и личная жизнь.

Катя Чижова проводила уик-энд с Алексеем Горчаковым. Уже целый месяц у нее есть мужчина. Причем не в мечтах о будущем и не в воспоминаниях о прошлом, где мужчина найдется у каждой женщины. У Кати он есть в настоящем.

Да еще какой! Красавец, богач, босс, из княжеского рода. Не нефтяная скважина в костюме и не легализовавшийся бандит. А из тех самых Горчаковых. Светлейший князь, блестящий дипломат и друг Пушкина по лицею – его прямой предок по отцовской линии.

Не верите? Она сама не могла поверить. Потому что Катя вовсе не блондинка с обложки. Еще три месяца назад она жила на зарплату бюджетника. В подчинении у нее находился разве что пульт от телевизора. И происхождение у нее самое пролетарское.

– Зато ты настоящая! Никаких имплантатов ни в груди, ни в мозгах! – говорила Катина подруга Надежда. – Твоему князю повезло…

– Это тебе повезло, – возражала бывшая подруга князя Светик. – Алекс любит разнообразие. То ему блондинку подавай, то брюнетку. То светскую львицу, то дворняжку…

Конечно, шансы удачно выйти замуж гораздо выше у стюардесс из бизнес-классов и длинноногих коллег Натальи Водяновой. А всем остальным девушкам приходится довольствоваться парнем из соседнего двора, который в лучшем случае подарит на день рождения сковородку. В худшем – вообще не вспомнит о празднике, зато никогда не забудет, как «Спартак» сыграл с ЦСКА в 2002 году.

Но Катя не собиралась соглашаться на абы что. Да и, если честно, парни с соседнего двора не пели серенады у нее под окном. Видимо, чувствовали, что Катя не любит блатняк. Она лучше в оперу сходит и сравнит образ Бориса Годунова у Пушкина и Карамзина. Ведь по образованию она историк. Катя – девушка серьезная. И конечно, мечтала о серьезных отношениях с серьезным мужчиной.

Каждый имеет право на личное счастье. И вот наконец-то после долгих лет неудач и невстреч она реализовала это право в полном объеме.

Правда, сейчас она сгорала вовсе не в пламени страсти. Самый настоящий огонь подбирался к ней со всех сторон…

Читайте также: Значение поговорки «бодливой корове бог рогов не даёт»

Алексей! Первая мысль была о нем. И вторая тоже. Вообще-то он уже месяц занимал все ее мысли. Нужно растолкать, разбудить, вместе выбираться из огненной ловушки. И как можно быстрее!

– Алексей! – позвала Катя и закашлялась.

Но мужчины не оказалось рядом. Как это типично для современной женщины, живущей в мире, где распадается каждый второй брак! А ведь Катя и Алексей еще даже не женаты, но она уже не может на него рассчитывать в трудную минуту. Его не было ни в кровати, ни в одной комнате, ни в другой. Неужели он уже на улице? Побежал за помощью, а Катю забыл здесь, как зонтик?

Ладно, некогда размышлять. Огонь становился все прожорливее. Катя метнулась в ванную. В голове всплыли какие-то обрывки из инструктажа по технике безопасности, которые регулярно проводились на ее прошлой работе. Работала она в архиве, где все единицы хранения – бесценные свидетели ушедших эпох, поэтому учения на случай ЧП там проводились частенько. Сам погибай, а историю выручай!

Но коттедж явно новострой, так что самый древний экспонат здесь сама Катя. В отсутствие противогаза и огнетушителя оставалось только одно – намочить полотенце водой, прижать к лицу и поспешить к эвакуационному выходу. Правда, из дома во внешний мир вела только одна дверь. И на пути к ней горело особенно интенсивно. Значит, эвакуационным выходом будет окно.

Катя вернулась в спальню, на ходу сгребла с тумбочки свою сумочку и ключи от машины Алексея. И попыталась распахнуть пластиковую раму. Конечно, она не поддалась. Это было бы слишком просто для такой сложной ситуации.

Полотенце предательски высыхало, не спасая ни от дыма, ни от удушья. Черт, черт! Ну почему это не обычное стекло? Его гораздо легче разбить. Что делать с пластиком, Катя не представляла. Отложила и полотенце, и сумку и с остервенением дернула за ручку. Наконец-то поддалась! Не дав ситуации из сложной превратиться в катастрофическую…

Катя рывком распахнула окно, вцепилась в сумку и нырнула наружу.

Тишина и прохлада ночного соснового бора оглушили ее. А где же пожарные? Почему они не разворачивают свои рукава? Почему Алексей не бросается к ней со всех ног и не вздыхает с облегчением?

Дом горел в гордом одиночестве. Страшно одинокой вдруг почувствовала себя и Катя. Ей оставалось только метаться между соснами. Но от них все равно не добьешься ни помощи, ни ответа.

Ей пришлось босиком и в ночной рубашке бежать к соседнему коттеджу, стучаться, всех будить, объяснять, кашляя и волнуясь. В конце концов упитанный лысый мужчина, открывший ей дверь в одних трусах, схватился за телефон и стал звонить на ресепшн. А из-за его спины выскочили три длинноволосые длинноногие очень юные особы, завернутые в полотенца, и принялись галдеть от ужаса, что чуть не проспали стихийное бедствие. Катя при всем желании не смогла принять их за папиных дочек. Хотя девицам явно не так давно исполнилось шестнадцать лет, и между собой они были похожи, как сестры.

Уже через пятнадцать минут все было так, как и должно было быть. Машины с мигалками, парни со шлангами, кучка любопытных. Катю усадили в машину скорой помощи, набросили на плечи одеяло, опутали проводами, изъявили готовность сделать укол.

В голове гудело, в ушах шумело, пульс оказался бешеным. Еще бы, пережить такое! Считаные секунды и считаные проценты концентрации углекислого газа отделяли ее от попадания в оперативные сводки МЧС в графу «на пожарах погибло». Нет, ее графа – «на пожарах спасено». Повезло!

1 …

Конец ознакомительного отрывка

Читайте также: Да, Кошта… Проиграл единоборство, а дальше хоть трава не расти

Прочитать полностью
Хотите узнать цену? ДА, ХОЧУ

На школьника сваливаются несчастья одно за другим

Представим себе мальчика, который списывал у соседа на контрольной работе по математике решение задачи. А так как весь остальной класс был кристально честным, то подозрение сразу пало на двух учеников. Один из них был отличником, а вот другой перебивался с двойки на тройку. Поэтому приговор учительницы был строг. Пошли к директору, тот попросил мальчика сказать родителям, что их ждут в школе. А между тем отец предупредил, что если его еще раз вызовут в школу, то горемычный школьник точно отведает ремня. И вот идет наш герой домой.

фразеологизм из огня да в полымя

Открывает он дверь квартиры, а там родители со скорбными лицами ему сообщают, что его дорогой Рекс (его ненаглядная овчарочка) госпитализирован в ближайшую ветеринарную клинику с подозрением на сильнейшее отправление.

Хорошего во всем в этом мало, но ситуацию можно полноценно проиллюстрировать словами «из огня да в полымя». Фразеологизм не настраивает на позитивный лад, и все же можно закончить историю на мажорной ноте. На фоне несчастья с псом родители восприняли новость о вызове в школу спокойно и даже не ругали парня. Оно и понятно, главное, чтобы Рекс поправился.

Из огня да в полымя (СИ) — «Olie» — Страница 1

Olie

Из огня да в полымя

Наказание.

Рик.

Узнав о том, что отец решил форсировать события, изъяв из лаборатории весь концентрат наркотика, и отправился к Димету домой, я с замиранием сердца ждал его, не находя себе места. Зачем он решил так сделать? У меня внутри были очень плохие предчувствия.

В данный момент я мерил шагами комнату, меня трясло. Не в силах больше сдерживаться, решил поехать к дому, теперь уже бывшего любовника. Так как больше мои нервы не выдерживали.

Не успел я подъехать, как увидел несколько машин с мигалками и выходящего отца. Точнее, его под руки вели полицейские, скрутив и нацепив на них наручники. Вот это попадалово. Быстро развернувшись, бросился домой, собрал вещи, все, что попадалось под руку, закидывал, как попало в большие сумки. Заскочив к отцу в кабинет, набрал шифр сейфа, благо, удалось однажды подсмотреть, схватил всю наличность, что там имелось, а лежало там довольно много, несколько пачек крупных купюр.

И только после этого отнес сумки в машину, отцу ведь она теперь долго не понадобится, и рванул с места. Куда я ехал, не знал. Просто ехал по трассе подальше от нашего города.

Ехал несколько дней. Останавливался на стоянках, чтобы подремать. Надолго нигде не задерживался, понимая, что меня, наверняка уже ищут. Поэтому, заскакивая в какое-нибудь придорожное кафе, набирал всего и побольше, а потом продолжал путь.

Несколько дней, а может и больше, я совершенно потерялся во времени, я ехал, пока не достиг крупного города на берегу моря. Здесь я точно смогу затеряться в толпе отдыхающих, а заодно и подыщу, может быть себе кого-нибудь. Не все же время мне одному быть. Раз не получилось с Диметом, то может быть удастся поймать рыбку покрупнее?

Найдя благоустроенный домик, где как раз освободились места, я закинул сумки в комнату, которую мне отвели и решил отдохнуть. Недосып давал о себе знать. Не успела моя голова коснуться подушки, как я провалился в сон. А проснулся от звука, как мне показалось выстрелов. Но это оказались вспышки фейерверков, которые запускали во дворе. Народ гуляет? Надо хоть выйти глянуть что там и кто.

Надев на себя свой лучший выходной наряд: белые брюки и удлиненную тунику без рукавов, расчесался, пощипал бледные щеки, чтобы не выглядеть, как смерть, и стал спускаться вниз, к народу. Во дворе был небольшой бассейн, вокруг которого стояли столики, а за ними сидели альфы и омеги разных возрастов. Но за одним из столиков сидел довольно приятный альфа, судя по всему какая-то шишка. И именно его все и поздравляли.

И тут я стал судорожно вспоминать, захватил ли я с собой свои духи? Вернувшись обратно в комнату, стал рыться в сумке. Нашел. Есть. Быстро набрызгавшись, снова стал спускаться вниз, стараясь двигаться как можно соблазнительнее.

В темноте ночи, при свете только огней фейерверков мой белый костюм стал слишком хорошо виден. Поэтому, немудрено, что меня заметили. Тот самый альфа коротко усмехнулся. Только слегка качнул головой, показывая на место рядом с ним. Двинувшись к нему, медленно приблизился, а потом… Заметив хищный блеск в его глазах и долю разочарования, просто обошел вокруг него и, обдав его запахом своей туалетной воды, прошел дальше. Устроился со всеми удобствами немного дальше, за самым дальним столиком, где пока еще никто не сидел.

Краем глаза заметил удивление и легкое замешательство альфы, который всего пару секунд смотрел на меня, а потом, слегка ухмыльнувшись, направился ко мне.

— Откуда же ты такой взялся? — пренебрежительно поинтересовался тот. Да, даже тон у него был такой, что бросало в дрожь.

— Откуда взялся, там меня уже нет, — пожал я плечами, стараясь сохранять невозмутимость. А у самого внутри аж сжалось все.

— Когда я спрашиваю, надо отвечать, — произнес этот тип. И несмотря на спокойный тон, в нем чувствовалась сталь. Я посмотрел ему в глаза. Там был только лед и холод. Ничего больше.

— Я ответил, — не сдавался я. — Большего я все равно не скажу.

Читайте также: Конный пешему не товарищ значение. Конный пешему не товарищ. Смотреть что такое «пеший конному не товарищ» в других словарях

— Хм, у тебя нелады с законом? — тут же поинтересовался он, а я в этот момент не смог сдержать дрожи от его догадки. — Значит, я угадал. Что же ты натворил?

— Ты духовник? Чтобы я перед тобой исповедовался? — зло поинтересовался я, после чего просто отвернулся. Я не знаю, кто он, чего добивается, но отвечать ему явно не намерен.

— Я же все равно узнаю, — сказал-то он с улыбкой, но меня передернуло. Это больше было похоже на хищный оскал. Кажется, я погорячился, спустившись вниз, а сейчас уже оказалось поздно. Интерес в его глазах не вызывал сомнений в дальнейших действиях альфы.

— Делай, что хочешь, — равнодушно ответил я. Как вдруг, этот тип довольно бесцеремонно схватил меня за локоть и притянул к себе.

— Что-то меня в тебе смущает, что-то не нравится, но я пока не могу понять что, — высказался он, подозрительно глядя на меня. Надо срочно смывать с себя запах, иначе, мне каюк. Но оказалось, что уже поздно. Он принюхался, втягивая в себя воздух, при этом он склонился ко мне.

— Отстань от меня, — попытался оттолкнуть его я, но он только ближе прижал меня к себе, а потом… Резко оттолкнул.

— Вот оно! — он зло сощурился. — И чего ты хотел добиться этим? — я все еще понадеялся, что прокатит, потому, решил косить под дурачка.

— Чем добиться? Ты о чем? — он покачал пальцем из стороны в сторону. Теперь на меня смотрели еще и с ненавистью.

— Ты прекрасно знаешь о чем я. Однажды меня уже пытались одурачить таким наркотиком… Не вышло! И у тебя такое не получится, — я смотрел на него, как кролик на удава. А потом не удержался от вопроса:

— И кто пытался? — тот расхохотался.

— Был один ушлый омега, — видимо, мой взгляд был слишком красноречиво-вопросительным, потому что он сразу же ответил на него. — Давно уже червей в земле кормит, — кажется, я действительно попал. Меня перекосило так, что этот тип только грозно уставился на меня, а потом…

Взвалив себе на плечо, несмотря на мое сопротивление, куда-то понес. Как я ни орал, как ни бил по спине кулаками, на него ничего не действовало. Занес он меня в ванну и, наполнив ее, при этом, не выпуская меня из рук, бросил туда, начиная сразу же намыливать прямо в одежде. Я задыхался, кричал, дошел до того, что стал просто умолять его отпустить меня, но этот тип оказался непреклонен.

Как противостоять ударам судьбы?

Если уж фразеологизм «из огня да в полымя» фиксирует суровость человеческой жизни, то вполне закономерен вопрос о том, как же существовать в таких трудных и тяжелых условиях.

Если на человека сыплются несчастья одно за другим, и он не в силах остановить этот поток, ему следует извлекать уроки из горестей своей жизни. Ведь неприятные обстоятельства, как правило, — результат ошибок самого человека. Если бы школьник лучше учил математику, ему бы не пришлось тревожить учительницу, директора и родителей. Что же касается тех невзгод, которые неподвластны человеку, то с ними стоит просто смириться и быть мужественным, потому что, когда жизнь ставит человеку подножку, она его испытывает, и эту проверку на прочность надо пройти с честью.

Вот такое у поговорки значение. «Из огня да в полымя» звучит, может быть, не очень радостно, но всегда нужно помнить: за темной ночью обязательно придет рассвет.

Из огня да в полымя.

Чехов А. П.
Из огня да в полымя
// Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Сочинения: В 18 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М.: Наука, 1974—1982.

Т. 3. [Рассказы. Юморески. «Драма на охоте»], 1884—1885. — М.: Наука, 1975

. — С. 56—61.

ИЗ ОГНЯ ДА В ПОЛЫМЯ

У регента соборной церкви Градусова сидел адвокат Калякин и, вертя в руках повестку от мирового на имя Градусова, говорил:

— Что ни говорите, Досифей Петрович, а вы виноваты-с. Я уважаю вас, ценю ваше расположение, но при всем том с прискорбием должен вам заметить, что вы были неправы. Да-с, неправы. Вы оскорбили моего клиента Деревяшкина… Ну, за что вы его оскорбили?

— Кой чёрт его оскорблял? — горячился Градусов, высокий старик с узким, мало обещающим лбом, густыми бровями и с бронзовой медалькой в петлице. — Я ему только мораль нравственную прочел, только! Дураков нужно учить! Ежели дураков не учить, то тогда от них прохода не будет.

— Но, Досифей Петрович, вы ему не наставление прочли. Вы, как заявляет он в своем прошении, публично тыкали на него, называли его ослом, мерзавцем и тому подобное… и даже раз подняли руку, как бы желая нанести ему оскорбление действием.

— Как же его не бить, ежели он того стоит? Не понимаю!

— Но поймите же, что вы не имеете на это никакого права!

— Я не имею права? Ну, уж это извините-с… Подите кому другому рассказывайте, а меня не морочьте, сделайте милость. Он у меня после того, как его из архиерейского хора честью по шее попросили, в моем хоре десять лет прослужил. Я ему благодетель, ежели желаете знать. Ежели он сердится, что я его из хора прогнал, то сам же он виноват. Я его за философию прогнал. Философствовать может только образованный человек, который курс кончил, а ежели ты дурак, не высокого ума, то ты сиди себе в уголку и молчи… Молчи да слушай, как умные говорят, а он, болван, бывало, так и норовит, чтоб что-нибудь этакое запустить. Тут спевка или обедня идет, а он про Бисмарка да про разных там Гладстонов. Верите ли, газету, каналья, выписывал! А сколько раз я его за русско-турецкую войну по зубам бил, так вы себе представить не можете! Тут нужно петь, а он наклонится к тенорам да и давай им рассказывать про то, как наши динамитом турецкий броненосец «Лютфи-Джелил» взорвали… Нешто это порядок? Конечно, приятно, что наши победили, но из этого не следует, что петь не надо… Можешь и после обедни поговорить. Свинья, одним словом.

— Стало быть, вы и прежде его оскорбляли!

— Прежде он и не обижался. Чувствовал, что я это для его же пользы, понимал!.. Знал, что старшим и благодетелям грех прекословить, а как в полицию в писаря поступил — ну и шабаш, зазнался, перестал понимать. Я, говорит, теперь не певчий, а чиновник. На коллежского регистратора, говорит, экзамен держать буду. Ну и дурак, говорю… Поменьше бы ты, говорю, философию разводил да почаще бы нос утирал, так это лучше было бы, чем о чинах думать. Тебе, говорю, не чины свойственны, а убожество. И слушать не хочет! Да вот хоть бы взять этот случай — за что он на меня мировому подал? Ну, не хамово ли отродье? Сижу я в трактире Самоплюева и с нашим церковным старостой чай пью. Публики тьма, ни одного свободного места… Гляжу, и он сидит тут же, со своими писарями пиво трескает. Франт такой, морду поднял, орет… руками размахивает… Прислушиваюсь — про холеру говорит… Ну, что вы с ним тут поделаете? Философствует! Я, знаете ли, молчу, терплю… Болтай, думаю, болтай… Язык без костей… Вдруг на беду машина заиграла… Расчувствовался он, хам, поднялся и говорит своим приятелям: «Выпьем, говорит, за процветание! Я, говорит, сын своего отечества и славянофил своей родины! Положу свою единственную грудь! Выходите, враги, на одну руку! Кто со мной не согласен, того я желаю видеть!» И как стукнет кулаком по столу! Тут уж я не вытерпел… Подхожу к нему и говорю деликатно: «Послушай, Осип… Ежели ты, свинья, ничего не понимаешь, то лучше молчи и не рассуждай. Образованный человек может умствовать, а ты смирись. Ты тля, пепел…»

Я ему слово, он мне десять… Пошло и пошло… Я ему, конечно, на пользу, а он по глупости… Обиделся — вот и подал мировому…

— Да, — вздохнул Калякин. — Плохо… Из-за каких-нибудь пустяков и чёрт знает что вышло. Человек вы семейный, уважаемый, а тут суд этот, разговоры, перетолки, арест… Покончить это дело нужно, Досифей Петрович. Есть у вас один выход, на который соглашается и Деревяшкин. Вы пойдете сегодня со мной в трактир Самоплюева в шесть часов, когда собираются там писаря, актеры и прочая публика, при которой вы оскорбили его, и извинитесь перед ним. Тогда он возьмет свое прошение назад. Поняли? Полагаю, что вы согласитесь, Досифей Петрович… Говорю вам, как другу… Вы оскорбили Деревяшкина, осрамили его, а главное заподозрили его похвальные чувства и даже… профанировали эти чувства. В наше время, знаете ли, нельзя так. Надо поосторожней. Вашим словам придан оттенок этакий, как бы вам сказать, который в наше время, одним словом, не того… Сейчас без четверти шесть… Угодно вам идти со мной?

Градусов замотал головой, но когда Калякин нарисовал ему в ярких красках «оттенок», приданный его словам, и могущие быть от этого оттенка последствия, Градусов струсил и согласился.

— Вы, смотрите же, извинитесь как следует, по форме, — учил его адвокат по пути в трактир. — Подойдите к нему и на «вы»… «Извините… беру свои слова назад» и прочее тому подобное.

Придя в трактир, Градусов и Калякин нашли в нем целое сборище. Тут сидели купцы, актеры, чиновники, полицейские писаря — вообще вся «шваль», имевшая обыкновение собираться в трактире по вечерам, пить чай и пиво. Между писарями сидел и сам Деревяшкин, малый неопределенного возраста, бритый, с большими неморгающими глазами, придавленным носом и такими жесткими волосами, что, при взгляде на них, являлось желание чистить сапоги… Его лицо было так счастливо устроено, что, раз взглянувши на него, можно было узнать всё: что он и пьяница, и поет басом, и глуп, но не настолько, чтоб не считать себя очень умным человеком. Увидев входящего регента, он приподнялся и, как кот, пошевелил усами. Сборище, по-видимому предуведомленное о том, что будет публичное покаяние, навострило уши.

— Вот… Господин Градусов согласен! — сказал Калякин, входя.

Регент кое с кем поздоровался, громко высморкался, покраснел и подошел к Деревяшкину.

— Извините… — забормотал он, не глядя на него и пряча в карман платок. — При всем обществе беру свои слова назад.

— Извиняю! — пробасил Деревяшкин и, победоносно взглянув на всю публику, сел. — Я удовлетворен! Господин адвокат, прошу прекратить мое дело!

— Я извиняюсь, — продолжал Градусов. — Извините… Не люблю неудовольствий… Хочешь, чтоб я тебе «вы» говорил, изволь, буду… Хочешь, чтоб я тебя за умного почитал, изволь… Мне наплевать… Я, брат, не злопамятен. Шут с тобой…

— Да вы позвольте-с! Вы извиняйтесь, а не ругайтесь!

— Как же мне еще извиняться? Я извиняюсь! Только что вот не «выкнул», так это по забывчивости. Не на коленки же мне становиться… Извиняюсь и даже благодарю бога, что у тебя хватило ума это дело прекратить. Мне некогда по судам шляться… Век я не судился, судиться не буду и тебе не советую… вам то-есть…

— Конечно! Не желаете ли выпить для сан-стефанского миру?

Читайте также: Вспоминая Амирэджиби: топ-10 цитат классика грузинской литературы

— И выпить можно… Только ты, брат, Осип, свинья… Это я не то что ругаюсь, а так… к примеру… Свинья, брат! Помнишь, как ты у меня в ногах валялся, когда тебя из архиерейского хора по шее? А? И ты смеешь на благодетеля жалобу подавать? Рыло ты, рыло! И тебе не стыдно? Господа посетители, и ему не стыдно?

— Позвольте-с! Это опять выходит ругательство!

— Какое ругательство? Я тебе только говорю, наставляю… Помирился и в последний раз говорю, я ругаться не думаю… Стану я с тобой, с лешим, связываться после того, как ты на своего благодетеля жалобу подал! Да ну тебя к чёрту! И говорить с тобой не желаю! А ежели я тебя сейчас свиньей нечаянно обозвал, так ты и есть свинья… Вместо того, чтоб за благодетеля вечно бога молить, что он тебя десять лет кормил да нотам выучил, ты жалобу глупую подаешь да разных чертей адвокатов подсылаешь.

— Позвольте же, Досифей Петрович, — обиделся Калякин. — Не черти у вас были, а я был!.. Поосторожней, прошу вас!

— Да нешто я про вас? Ходите хоть каждый день, милости просим. Только мне удивительно, как это вы курс кончили, образование получили, а вместо того, чтоб этого индюка наставлять, руку его держите. Да я бы его на вашем месте в остроге сгноил! И потом, чего вы сердитесь? Ведь я извинялся? Чего же вам от меня еще нужно? Не понимаю! Господа посетители, вы будьте свидетелями, я извинялся, а извиняться в другой раз перед каким-нибудь дураком я не намерен!

— Вы сами дурак! — прохрипел Осип и в негодовании ударил себя по груди.

— Я дурак? Я? И ты можешь мне это говорить?..

Градусов побагровел и затрясся…

— И ты осмелился? На же тебе!.. И кроме того, что я тебе, подлецу, сейчас оплеуху дал, я еще на тебя мировому подам! Я покажу тебе, как оскорблять! Господа, будьте свидетели! Господин околоточный, что же вы стоите там и смотрите? Меня оскорбляют, а вы смотрите? Жалованье получаете, а как за порядком смотреть, так и не ваше дело? А? Вы думаете, что на вас и суда нет?

К Градусову подошел околоточный, и — началась история.

Через неделю Градусов стоял перед мировым судьей и судился за оскорбление Деревяшкина, адвоката и околоточного надзирателя, при исполнении последним своих служебных обязанностей. Сначала он не понимал, истец он или обвиняемый, потом же, когда мировой приговорил его «по совокупности» к двухмесячному аресту, то он горько улыбнулся и проворчал:

— Гм… Меня оскорбили, да я же еще и сидеть должен… Удивление… Надо, господин мировой судья, по закону судить, а не умствуя. Ваша покойная маменька, Варвара Сергеевна, дай бог ей царство небесное, таких, как Осип, сечь приказывала, а вы им поблажку даете… Что ж из этого выйдет? Вы их, шельмов, оправдаете, другой оправдает… Куда же идти тогда жаловаться?

— Приговор может быть обжалован в двухнедельный срок… и прошу не рассуждать! Можете идти!

— Конечно… Нынче ведь на одно жалованье не проживешь, — проговорил Градусов и подмигнул значительно. — Поневоле, ежели кушать хочется, невинного в кутузку засадишь… Это так… И винить нельзя…

— Что-с?!

— Ничего-с… Это я так… насчет хапен зи гевезен… Вы думаете, как вы в золотой цепе, так на вас и суда нет? Не беспокойтесь… Выведу на чистую воду!

Закипело дело «об оскорблении судьи»; но вступился соборный протоиерей, и дело кое-как замяли.

Перенося свое дело в съезд, Градусов был убежден, что не только его оправдают, но даже Осипа посадят в острог. Так он думал и во время самого разбирательства. Стоя перед судьями, он вел себя миролюбиво, сдержанно, не говоря лишних слов. Раз только, когда председатель предложил ему сесть, он обиделся и сказал:

— Нешто в законах написано, чтоб регент рядом со своим певчим сидел?

А когда съезд утвердил приговор мирового судьи, он прищурил глаза…

— Как-с? Что-с? — спросил он. — Это как же прикажете понимать-с? Это вы о чем же-с?

— Съезд утвердил приговор мирового судьи. Если вы недовольны, то можете подавать в сенат.

— Так-с. Чувствительно вас благодарим, ваше превосходительство, за скорый и праведный суд. Конечно, на одно жалованье не проживешь, это я отлично понимаю, но извините-с, мы и неподкупный суд найдем.

Не стану приводить всего того, что Градусов наговорил съезду… В настоящее время он судится за «оскорбление съезда» и слушать не хочет, когда знакомые стараются объяснить ему, что он виноват… Он убежден в своей невинности и верует, что рано или поздно ему скажут спасибо за открытые им злоупотребления.

— Ничего с этим дураком не поделаешь! — говорит соборный настоятель, безнадежно помахивая рукой. — Не понимает!

Примечания

    ИЗ ОГНЯ ДА В ПОЛЫМЯ
    Впервые — «Развлечение», 1884, № 37, 20 сентября (ценз. разр. 19 сентября), стр. 755—757. Подпись: А. Чехонте.

    Вошло в издание А. Ф. Маркса.

    Печатается по тексту: Чехов

    , т. II, стр. 273—280.

    Собирая в 1899 г. свои ранние произведения, Чехов вспомнил и об этом рассказе. 24 марта 1899 г. он писал Н. М. Ежову из Ялты: «Помнится, в „Развлечении“ есть рассказ, герой которого носит фамилию Нечистова. Напечатан при Насонове». Но, получив текст рассказа, Чехов забраковал его. История публикации рассказа в собрании сочинений раскрывается из письма А. Ф. Маркса Чехову от 12 июля 1899 г.: «В большом конверте, присланном Вами, среди произведений, которые Вы хотите исключить из полного собрания Ваших сочинений, — они сопровождены Вашей пометой: „Не входит в полное собр. соч.“ — есть один рассказ без

    этой собственноручной Вашей пометы: „Из огня да в полымя“. Это единственный рассказ из этого конверта, который я читал, и я дал его прочитать своей жене, затем г. Сементковскому — и мы все трое хохотали, и этот рассказик нам чрезвычайно понравился. Сегодня я только что получил Ваши корректуры, и среди них я нашел эту вещичку вычеркнутой Вами, но, не найдя внизу Вашей пометы, я отдал ее в набор. Я прошу, дорогой доктор, пожалеть эту прелестную вещицу и включить ее во второй том Ваших рассказов. По этой причине посылаю Вам вновь оригинал и набор с просьбой исправить и включить во второй том» (
    ГБЛ
    , подлинник по-французски). 28 сентября 1899 г., посылая Ю. О. Грюнбергу список рассказов для второго тома, Чехов вставил в него «Из огня да в полымя».

    При этом Чехов внес в рассказ некоторые стилистические исправления и заменил фамилию Нечистов на Калякин.

    При жизни Чехова рассказ был переведен на немецкий, польский, сербскохорватский, словацкий и чешский языки.

  1. Стр. 57. …как наши динамитом турецкий броненосец

    «
    Лютфи-Джелил
    »
    взорвали…
    — Эпизод из русско-турецкой войны. Корреспонденции о взрыве турецкого монитора «Лютфи-Джелил», происшедшем 29 апреля 1877 г., и гравюры с изображением его опубликованы в «Иллюстрированной хронике войны», т. I, 1877, № 9, стр. 67—70.

  2. Стр. 59. Не желаете ли выпить для сан-стефанского миру?

    — В Сан-Стефано, близ Константинополя, 19 февраля 1878 г. был заключен предварительный договор об окончании войны между Россией и Турцией.

  3. Стр. 61. …насчет хапен ди гевезен…

    — См. комментарии к рассказу «На магнетическом сеансе» в т. II Сочинений, стр. 489.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Сказал как отрезал:
  • Столбовая дорога
    Дороги любого государства делятся на несколько категорий — начиная от государственных шоссе и «страд» и до малых тропинок, прокладываемых пешеходами. В старой России лишь на самых важных дорожных линиях – большаках, «больших дорогах», — через каждую версту ставились деревянные столбы с отметкой расстояния от ближайших пунктов. Такие дороги и назывались «столбовыми». В переносном смысле «столбовой...