Главная / Человек / Смешные афоризмы про школу и высказывания про учёбу
29 сентября 2022

Смешные афоризмы про школу и высказывания про учёбу

Пословицы и поговорки о школе

Тема сборки — пословицы и поговорки о школе:

Пословицы и поговорки о школе, учёбе, знаниях и грамоте.

pogovorki-poslovicy.ru

Конспект открытого занятия — Не учась, и лаптя не сплетешь

Государственное бюджетное учреждение дополнительного образования

«Оренбургский областной Дворец творчества детей и молодежи

Читайте также: Пословицы о чести и достоинстве: афоризмы и цитаты про честь. Пословицы о достоинствах

им В.П. Поляничко»

Конспект открытого занятия

«НЕ УЧАСЬ, И ЛАПТЯ НЕ СПЛЕТЕШЬ»

Подготовила:

Беляева Светлана Ивановна,

педагог I квалификационной категории

Оренбург, 2016

Конспект открытого занятия

«НЕ УЧАСЬ, И ЛАПТЯ НЕ СПЛЕТЕШЬ»

Цель: всестороннее развитие и воспитание школьника, формирование на этой основе эстетической культуры.

Задачи:

— осуществление художественных познаний мира учащихся через собственную созидательную деятельность;

— развитие творческих способностей.

Ход занятия

Здравствуйте! Сегодня на занятии мы побеседуем на очень важную тему: какое место в нашей жизни занимает учение и труд, закрепим р.н.п. «На белой березе», поиграем и повторим выученные песни.

А сейчас начнем с разминки:

Читайте также: Урок по Основам духовно-нравстенной культуре народов России» на тему « Терпимость и терпение»

«Мышонку шепчет мышь:

«Ты все не спиши, шуршишь?»

Мышонок отвечает мыши:

«Шуршать я буду тише»»

Сначала медленно, а затем чуть живее. Далее из 1 и 3 строки выбрать «мышь» и «мышонок». Произносить четко и ритмично.

Упражнение «Назови свое имя»: ученик произносит «Я — аааа» и связно на полном legato присоединяет произнесение своего имени, «протягивая» ударную гласную: «Са-а-а-а-а-а-а-ша». Все повторяют за ним «Я — Са-а-а-а-а-а-а-ша»; солирует следующий: «Я — Ка-а-а-а-а-а-а-тя», группа повторяет и т.д.

Можно разнообразить эмоциональную окраску упражнения: произносить важно, удивленно, задорно, подразнивая и т.п. (развитие напевности голоса, умение воспроизвести различную интонацию).

Скороговорка «Бык-тупогуб» (произношение твердых согласных: «б», «т», «п», «р», «г»; на внимание – замена слова хлопком и показом):

«Бык-тупогуб, тупогубенький бычок,

У быка была губа, была тупа»

А сейчас выйдем в круг и поиграем на внимание. Будьте внимательны и точны.

Упражнение по квадрату (на развитие ритма и слуха). Ритмические задания по музыкальному квадрату, дети повторяют за педагогом 4-5 раз.

Упражнение на расслабление рук, корпуса. Руки наверху, поочередное расслабление: кисти, локти, руки, плечи, голова, корпус, присесть и полностью расслабиться. Затем в обратном порядке наверх (два раза).

Упражнение на руки: тяжелые руки наверх, кисти и пальцы свободные, открываем руки через стороны, опустили плечи, встали прямо (без плеч) — два раза. С притопом по очереди открываем правую и левую руки с маленьким поворотом корпуса.

Упражнение по кругу: простой шаг, переменный, цепляем каблучком.

Читайте также: Стихи про налоговую службу, налоги

А сейчас нам нужно поработать над движениями в песне «На белой березе».

Закрепление движений: проходка в ворота, карусель, повторение с пением.

Ребята! Чтобы в жизни чего-либо добиться, человек должен учиться и трудиться. Ученье — это всегда труд. Вот вы учитесь в школе — это ваш труд. Учитесь познавать мир, узнаете много интересного об окружающем, познаете жизнь через ученье и неразрывно связанный с ученьем труд. Есть много пословиц и поговорок о труде и ученье:

Ученье — свет, а неученье — тьма

Терпенье и труд все перетрут.

А кто из вас знает пословицы на эту тему? (ответы детей)

Без труда и не вынешь и рыбку из пруда

Не учи безделью, а учи рукоделью и т.п.

И сегодня я вам расскажу, как в казачьих семьях приучались казачата к труду.

Когда проходило время раннего детства, наступала самая счастливая пора – отрочество. Уже с 7 лет ребенок приучался к трудовой жизни. Мальчик-казачонок принимал посильное участие в трудах родителей в поле и дома. Летом он ходил за лошадьми, сгребал сено, а зимой вместе с отцом ухаживал за домашним скотом, давал сена коровам, лошадям. Гонял их на водопой. И, конечно, начинал учиться казачонок верховой езде. Поскачет он на коне по улице, да вдруг упадет. А заплакать нельзя — засмеют и скажут — какой ты казак, если с лошади упал? С малых лет мальчик незаметно рос лихим наездником.

А казачка-девочка тоже не сидела без дела: едва она подрастет, как на нее падает обязанность быть няней маленьких братьев и сестер. В свободное время девочка помогает по хозяйству матери, убирает дома, а летом пасет утят, гусенят.

А вы дома помогаете своим родителям? (ответы детей)

Как мы видим – ученье и труд неразрывно связаны. И не даром есть такая поговорка: Не учась, и лаптя не сплетешь.

А что такое лапти, вы знаете? (показ).

Это обувь, которую раньше носили в деревнях. И плели лапти сами, в каждой семье умели плести лапти. И такую простую на вид вещь нужно научиться плести. Кто трудится и учится — тому все дела по плечу, а кто сиднем сидит, бездельничает — тому ничего не интересно, ничего делать не умеет и сам по себе человек скучный. Но мы с вами не такие!

А сейчас мы с вами поиграем в игру «Олень»

Считалкой выбираем ведущего, встаем в круг. Выбранный считалкой «олень» в

Каждый участник игры дает «оленю» свой фант-платочек, мелкую вещицу. Когда песенка допета, «олень» дает каждому фанту задание: вспомнить загадку, песню, сказку и т.п. Задание выполняется — фант возвращается к игроку.

А вы умеете молчать? (вырабатываются умение управлять своими эмоциями, волевые качества):

«Чок, чок, зубы на крючок

А язык на палочку. Молчок!»

(проигравший поет, танцует и т.п.)

Отгадайте загадки:

У кого одна нога, да и та без сапог? (гриб)

Бьют Ярмилку, что есть по затылку, а он не плачет, только ножку прячет (гвоздь)

Читайте также: «Без царя в голове»: значение фразеологизма, антоним и примеры

Молодцы!

А теперь повторим наш хоровод «Ой, во поле травушка горела»

Сегодня мы прослушаем песню, которую будем разучивать на следующем занятии. Эта песня плясовая, исполняется казачьим смешанным хором хутора Зимняцкий Волгоградской области и называется она «У ворот сосна зеленая» (слушание)

Итог занятия: сегодня мы с вами закрепили новую песню, пляску в ней, поговорили об учебе, труде, вспомнили старые песни, поиграли. На этом занятие закончилось, до свидания!

LiveInternetLiveInternet

В начале XX века Россию еще нередко называли страной «лапотной», вкладывая в это понятие оттенок примитива и отсталости. Лапти, ставшие своего рода символом, вошедшим во множество пословиц и поговорок, традиционно считали обувью беднейшей части населения. И неслучайно. Вся русская деревня, за исключением Сибири и казачьих районов, круглый год ходила в лаптях. Казалось бы, что сложного несет в себе тема история лаптя? А между тем даже точное время появления лаптей в жизни наших далеких предков неизвестно по сей день.

Лапти («верзни»;»лычники»;»рачки») — самая распространённая на Руси обувь, плетёная из коры дерева. Первые упоминания о лаптях встречают в документах, относящихся к X веку, хотя сам кочедык («свайка»;»швайко»)- инструмент, которым пользовались для плетения лаптей, находят в древних стоянках, относящихся к раннему железному веку (I тыс. до н.э.).

Во все времена наши предки охотно обувались в лапти, причём, несмотря на название, зачастую сплетённые не только из лыка, но и из берёсты и даже из кожаных ремешков. Практиковалось и «подковыривание» (подшивание) лаптей кожей.

В России в лапти обувались только деревенские жители, то есть крестьяне. Ну а крестьяне составляли подавляющее население Руси. Лапти — низкая обувь, распространённая на Руси в старину, но, тем не менее, бывшая в широком употреблении в сельской местности до 1930-х, сплетённая из древесного лыка (липовые, вязовые и другие) или бересты. Лапоть привязывался к ноге шнурками, скрученными из того же лыка, из которого изготавливались и сами лапти.

В зависимости от материала и плетеная обувь называлась по-разному: берестяники, вязовики, дубовики, ракитники … Самыми прочными и мягкими в этом ряду считались лыковые лапти, изготовленные из липового лыка, а самыми плохими — ивовые коверзни и мочалыжники, которые делали из мочала.

Нередко лапти именовали по числу лыковых полос, использованных в плетении: пятерик, шестерик, семерик. В семь лык обычно плели зимние лапти, хотя бывали экземпляры, где количество лык доходило до двенадцати. Для прочности, тепла и красоты лапти проплетали вторично, для чего, как правило, в ход шли пеньковые веревки. С этой же целью иногда пришивали кожаную подметку (подковырку).

Для праздничного выхода предназначались писаные вязовые лапти из тонкого лыка с черными шерстяными (а не пеньковыми) оборами (то есть тесьмой, закрепляющей на ногах лапти) или вязовые красноватые семерики . Для осенних и весенних работ во дворе более удобными считали высокие плетеные ступни, вовсе не имевшие обор.

Обувь плели не только из древесной коры, в дело шли и тонкие корни, а потому и сплетенные из них лапти прозывались коренниками. Модели, изготавливаемые из полосок ткани и суконных покромок, называли плетешками. Лапти делали и из пеньковой веревки — курпы, или крутцы, и даже из конского волоса — волосянники. Такую обувь чаще носили дома или ходили в ней в жаркую погоду.

Плели лапти, как правило, мужчины и мальчики-подростки, это считалось исключительно мужским занятием; женщинам доверяли только «ковырять» подошвы. Умение женщины сплести хороший лапоть вызывало недоверие мужиков и особое уважение баб-односельчанок. Обучать мальчиков плетению лаптей начинали рано, в 7 – 8 лет, а наблюдать за этим процессом они могли с пеленок, поскольку все мужики в семье в зимнее время готовили лапти для всей семьи на весь год, пар по 5 – 6 каждому. Уже к десяти-двенадцати годам подросток мог сплести лапоть не хуже взрослого, хотя и не так сноровисто, т.е. быстро.

Способы плетения лаптей — например, в прямую клетку или в косую, с пятки либо с носка — были свои у каждого племени и вплоть до начала нашего века разнились по областям. Так, древние вятичи предпочитали лапти косого плетения, новгородские словене — тоже, но большей частью из берёсты и с более низкими бортиками. А вот поляне, древляне, дреговичи, радимичи, по-видимому, носили лапти в прямую клетку. Плетение лаптей считалось лёгкой работой, которой мужчины занимались буквально «между делом». Не зря про крепко напившегося человека и сейчас говорят, что он, мол, «лыка не вяжет», то есть не способен к элементарным действиям. Зато, «связывая лыко», мужчина обеспечивал обувью всю семью — специальных мастерских не было очень долгое время. Делали кочедыки из костей (из рёбер животных) или из металла.

Для изготовления одного лаптя требуется семь лык по два метра длиной каждое. Ширина одного лыка равна примерно ширине большого пальца на руке мужчины, который сам и заготавливал лыко и, впоследствии, сам плёл лапти. Для плетения требовалось лыко с ровной части ствола липы, чтобы по всей длине оно не имело дефектов. То есть, для заготовки лыка выбирались взрослые, ровные, высокие липы. Нередко после суммарной потери коры, пригодной для плетения, дерево не выживало и стояло с голым «ободранным» стволом. Это нашло отражение в русском языке в виде образного выражения «ободрать как липку» в значении «отобрать все имеющиеся у кого-либо или у чего-либо полезные ресурсы и создать тем самым угрозу жизни и существованию кого-либо или чего-либо».

Техника плетения лаптей была тоже очень разнообразной. К примеру, великорусские лапти, в отличие от белорусских и украинских, имели косое плетение — «косую решетку», тогда как в западных районах бытовал более консервативный тип — прямое плетение, или «прямая решетка». Если на Украине и в Белоруссии лапти начинали плести с носка, то русские крестьяне делали заплетку с задника. Так что о месте появления той или иной плетеной обуви можно судить по форме и материалу, из которого она изготовлена. Например, для московских моделей, плетенных из лыка, характерны высокие борта и округлые головки (то есть носки). Северный, или новгородский, тип чаще делали из бересты с треугольными носками и сравнительно низкими бортами. Мордовские лапти, распространенные в Нижегородской и Пензенской губерниях, плели из вязового лыка. Головки этих моделей имели обычно трапециевидную форму.

Редко кто в крестьянской среде не умел плести лапти. Сохранилось описание этого промысла в Симбирской губернии, где лыкодеры отправлялись в лес целыми артелями. За десятину липового леса, арендованного у помещика, они платили до ста рублей.

Тщательно снятые лыки затем завязывали по сотням в пучки и хранили в сенях или на чердаке. Перед плетением лаптей лыко в течение суток обязательно отмачивали в теплой воде. Затем кору соскабливали, оставляя луб. Из воза лык — от 40 до 60 пучков по 50 трубочек в каждом — получалось приблизительно 300 пар лаптей. О скорости плетения лаптей различные источники говорят по-разному: от двух до десяти пар в день.

Для плетения лаптя нужна была деревянная колодка и, как уже говорилось, костяной или железный крючок — кочедык. Особого навыка требовало плетение запятника, где сводились все лыки. Связать петли старались так, чтобы после продержки обор, они не кривили лаптя и не трудили ноги на одну сторону. Есть легенда, что сам Петр I учился плести лапти и что сплетенный им образец хранился среди его вещей в Эрмитаже еще в начале прошлого (XX) столетия.

Лапти плелись не во всех областях России, то есть, они были товаром или предметом меновой торговли. Как правило, не плелись лапти в деревнях, где население большей частью занималось не земледелием, а ремёслами, например, гончарным или кузнечным ремеслом. Старообрядцы-«кержаки», жившие на Урале в XIX веке, лаптей не носили. Зато мёртвых хоронили исключительно в лаптях. Лапти были распространены не только у восточных и западных славян, но и у некоторых неславянских народов лесной полосы — финно-угров и балтов, у части германцев.

Дешевизна, доступность, лёгкость и гигиеничность такой обуви не требует доказательств. Другое дело, как свидетельствует практика, лапти имели очень малый срок службы. Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели — за четыре, летом, в страдную пору, — и вовсе за три. Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей. «В дорогу идти — пятеры лапти сплести» — гласила пословица. А у наших соседей шведов существовал даже термин «лапотная миля» — расстояние, которое можно пройти в одной паре лаптей. Сколько же требовалось берёсты и лыка, чтобы столетиями обувать целый народ? Простые подсчёты показывают: если бы наши предки усердно рубили деревья ради коры (как это, увы, делалось в позднейшие времена), березняки и липовые леса исчезли бы ещё в доисторическую эпоху. Трудно, однако, предположить, чтобы язычники, с почитанием относившиеся к деревьям, поступали столь душегубски. Всего вероятнее, они владели различными способами брать часть коры, не губя дерева.

Чтобы укрепить и утеплить свои лапти, крестьяне «подковыривали» их подошвы конопляной верёвкой. Ноги в таких лаптях не замерзали и не промокали.

Отправляясь на покос, обувались в лапти редкого плетения, не удерживающие воду, — рачки. Для работы по хозяйству удобны были ступни – подобие галош, только плетёные.

Верёвочные лапти назывались чуни, их надевали дома или для работы в поле в жаркую, сухую погоду. В некоторых деревнях ухитрялись плести лапти из конского волоса – волосяники.

Самыми захудалыми лаптями на Руси прослыли ивняк и, или коверзни, — из ивовой коры; даже плести их считалось зазорным. Из коры тала плели шелюжники, а из дубовой коры — дубовики.

На Черниговщине лапти из коры молодых дубов называли дубочарами. В дело шли и пеньковые очесы, и ветхие веревки; лапти из них — чуни — носили в основном дома или в жаркую сухую погоду. У них, должно быть, финское происхождение: финнов в России звали «чухна». Были у таких лаптей и другие названия: курпы, крутцы и даже шептуны. В районах, где лыка не было, и закупать его было накладно, изворотливые крестьяне из тонких корней плели коренники; из конского волоса — волосяники. В Курской губернии научились делать соломенные лапти.

Деревенские молодые франтихи появлялись на людях в писаных вязовых лаптях из тонкого лыка с чёрными шерстяными (а не пеньковыми) оборами и онучами. Самыми красивыми считались вязовые лапти (из лыка вяза). Их выдерживали в горячей воде — тогда они розовели и становились твердыми.

На праздники, если не было возможности одевать кожаную обувь, плелись лапти писаные: полосы лыка у таких лаптей были узкими, и из них мастера выплетали красивые узоры. Иногда вместе с лыком вплетали тесьму или красили отдельные лыковые полоски (например, лыко вяза держали в горячей воде, отчего оно розовело). Такие лапти одевали с чёрными или красными оборами, которые сразу выделялись на белоснежных праздничных онучах.

Жизнь крестьян-лапотников описана многими русскими классиками. В рассказе «Хорь и Калиныч» И. С. Тургенев противопоставляет орловскому мужику калужского оброчного крестьянина: «Орловский мужик невелик ростом, сутуловат, угрюм, глядит исподлобья, живет в дрянных осиновых избенках, ходит на барщину, торговлей не занимается, ест плохо, носит лапти; калужский оброчный мужик обитает в просторных сосновых избах, высок ростом, глядит смело и весело, торгует маслом и дегтем и по праздникам ходит в сапогах» .

Как видим, даже для зажиточного крестьянина сапоги оставались роскошью, их надевали лишь по праздникам. Своеобразный знаковый смысл кожаной обуви для крестьянина подчеркивает и другой наш писатель, Д. Н. Мамин-Сибиряк: «Сапоги для мужика самый соблазнительный предмет… Никакая другая часть мужицкого костюма не пользуется такой симпатией, как именно сапог». А между тем кожаная обувь ценилась не дешево. В 1838 году на Нижегородской ярмарке пару хороших лыковых лаптей можно было купить за три копейки, тогда как самые грубые крестьянские сапоги стоили в ту пору не менее пяти-шести рублей. Для крестьянина-земледельца это большие деньги, чтобы собрать их, нужно было продать четверть ржи, а в иных местах и более (одна четверть равнялась почти 210 литрам сыпучих веществ).

Еще во время Гражданской войны (1918-1920) в лаптях ходила бoльшая часть Красной армии. Их заготовкой занималась чрезвычайная комиссия (ЧЕКВАЛАП), снабжавшая солдат валяной обувью и лаптями.

С лаптями в русской деревне было связано много различных поверий. Принято было считать, что старый лапоть, подвешенный в курятник, предохранит кур от болезней, будет способствовать яйценоскости птиц. Считалось, что корова, окуренная после отела из лаптя, будет здорова и даст много молока. Лапоть с уложенной в него травой-мокрицей, брошенный во время сильной засухи в реку, вызовет дождь и т. д. Лапоть играл некоторую роль в семейных обрядах. Так, например, по обычаю, вслед свахе, отправлявшейся сватать, бросали лапоть, чтобы сватовство было удачным. При встрече молодых, возвращавшихся из церкви, ребятишки поджигали лапти, набитые соломой, чтобы обеспечить им богатую и счастливую жизнь, предохранить их от несчастий.

В самовосприятии русских лапти — один из важнейших символов традиционного национального быта. Отсюда ряд устойчивых выражений в русском языке: «лапоть» как троп обозначает простака, необразованного человека; производное прилагательное «лапотный» в том же значении; «(Чай,) не ла́птем щи хлеба́ем» означает «мы учёны, не надо нам пояснять да указывать»; шутливое выражение «плюс-минус лапоть» в науке означает «плюс-минус неизвестная величина».

Жениться — не лапоть надеть. Лапти подковырки не стоят. Это — как лапоть сплесть. Без снаряда и лаптя не сплетешь. Не учась (не умеючи) и лаптя не сплетешь. Только лапоть на обе ноги плетется, а и рукавички розни. Лапоть знай лаптя, а сапог сапога! Хоть в лаптях, да тех же ратных, ополченье. И мы не на руку лапоть обуваем. Не берись лапти плести, не надравши лык. В дорогу идти, пятеры лапти сплести. Лапти плетешь, а концов хоронить не умеешь. Он лапти плетет, путает. Путает, словно кашу в лапти обувает. Переобуться или переобуть кого из сапогов в лапти. И в доброй тяжбе на лапти не придется. Станешь лапти плесть, как нечего есть. Лапти плесть, однова в день есть, больше не выработаешь. Одна нога в лапте, другая в сапоге. Не слуга в лаптях: купи сапоги! Не осуди в лаптях, сапоги в санях, говорит гость шутя. В лапоть звонить, быть без дела. Лапти растеряли, по дворам искали: было пять, а стало шесть! Это не лапоть сплесть, не вдруг сделаешь.

источник

Из истории лаптей

Из истории лаптей

В начале XX века Россию еще нередко называли страной «лапотной», вкладывая в это понятие оттенок примитива и отсталости. Лапти, ставшие своего рода символом, вошедшим во множество пословиц и поговорок, традиционно считали обувью беднейшей части населения. И неслучайно. Вся русская деревня, за исключением Сибири и казачьих районов, круглый год ходила в лаптях. Казалось бы, что сложного несет в себе тема история лаптя? А между тем даже точное время появления лаптей в жизни наших далеких предков неизвестно по сей день.

Лапти («верзни»;»лычники»;»рачки») — самая распространённая на Руси обувь, плетёная из коры дерева. Первые упоминания о лаптях встречают в документах, относящихся к X веку, хотя сам кочедык («свайка»;»швайко»)- инструмент, которым пользовались для плетения лаптей, находят в древних стоянках, относящихся к раннему железному веку (I тыс. до н.э.).

Во все времена наши предки охотно обувались в лапти, причём, несмотря на название, зачастую сплетённые не только из лыка, но и из берёсты и даже из кожаных ремешков. Практиковалось и «подковыривание» (подшивание) лаптей кожей.

В России в лапти обувались только деревенские жители, то есть крестьяне. Ну а крестьяне составляли подавляющее население Руси. Лапти — низкая обувь, распространённая на Руси в старину, но, тем не менее, бывшая в широком употреблении в сельской местности до 1930-х, сплетённая из древесного лыка (липовые, вязовые и другие) или бересты. Лапоть привязывался к ноге шнурками, скрученными из того же лыка, из которого изготавливались и сами лапти.

Читайте также: Добро — Милость — Зло (Пословицы русского народа, Даль В.И.)

В зависимости от материала и плетеная обувь называлась по-разному: берестяники, вязовики, дубовики, ракитники … Самыми прочными и мягкими в этом ряду считались лыковые лапти, изготовленные из липового лыка, а самыми плохими — ивовые коверзни и мочалыжники, которые делали из мочала.

Нередко лапти именовали по числу лыковых полос, использованных в плетении: пятерик, шестерик, семерик. В семь лык обычно плели зимние лапти, хотя бывали экземпляры, где количество лык доходило до двенадцати. Для прочности, тепла и красоты лапти проплетали вторично, для чего, как правило, в ход шли пеньковые веревки. С этой же целью иногда пришивали кожаную подметку (подковырку).

Для праздничного выхода предназначались писаные вязовые лапти из тонкого лыка с черными шерстяными (а не пеньковыми) оборами (то есть тесьмой, закрепляющей на ногах лапти) или вязовые красноватые семерики . Для осенних и весенних работ во дворе более удобными считали высокие плетеные ступни, вовсе не имевшие обор.

Обувь плели не только из древесной коры, в дело шли и тонкие корни, а потому и сплетенные из них лапти прозывались коренниками. Модели, изготавливаемые из полосок ткани и суконных покромок, называли плетешками. Лапти делали и из пеньковой веревки — курпы, или крутцы, и даже из конского волоса — волосянники. Такую обувь чаще носили дома или ходили в ней в жаркую погоду.

Плели лапти, как правило, мужчины и мальчики-подростки, это считалось исключительно мужским занятием; женщинам доверяли только «ковырять» подошвы. Умение женщины сплести хороший лапоть вызывало недоверие мужиков и особое уважение баб-односельчанок. Обучать мальчиков плетению лаптей начинали рано, в 7 – 8 лет, а наблюдать за этим процессом они могли с пеленок, поскольку все мужики в семье в зимнее время готовили лапти для всей семьи на весь год, пар по 5 – 6 каждому. Уже к десяти-двенадцати годам подросток мог сплести лапоть не хуже взрослого, хотя и не так сноровисто, т.е. быстро.

Способы плетения лаптей — например, в прямую клетку или в косую, с пятки либо с носка — были свои у каждого племени и вплоть до начала нашего века разнились по областям. Так, древние вятичи предпочитали лапти косого плетения, новгородские словене — тоже, но большей частью из берёсты и с более низкими бортиками. А вот поляне, древляне, дреговичи, радимичи, по-видимому, носили лапти в прямую клетку. Плетение лаптей считалось лёгкой работой, которой мужчины занимались буквально «между делом». Не зря про крепко напившегося человека и сейчас говорят, что он, мол, «лыка не вяжет», то есть не способен к элементарным действиям. Зато, «связывая лыко», мужчина обеспечивал обувью всю семью — специальных мастерских не было очень долгое время. Делали кочедыки из костей (из рёбер животных) или из металла.

Для изготовления одного лаптя требуется семь лык по два метра длиной каждое. Ширина одного лыка равна примерно ширине большого пальца на руке мужчины, который сам и заготавливал лыко и, впоследствии, сам плёл лапти. Для плетения требовалось лыко с ровной части ствола липы, чтобы по всей длине оно не имело дефектов. То есть, для заготовки лыка выбирались взрослые, ровные, высокие липы. Нередко после суммарной потери коры, пригодной для плетения, дерево не выживало и стояло с голым «ободранным» стволом. Это нашло отражение в русском языке в виде образного выражения «ободрать как липку» в значении «отобрать все имеющиеся у кого-либо или у чего-либо полезные ресурсы и создать тем самым угрозу жизни и существованию кого-либо или чего-либо».

Техника плетения лаптей была тоже очень разнообразной. К примеру, великорусские лапти, в отличие от белорусских и украинских, имели косое плетение — «косую решетку», тогда как в западных районах бытовал более консервативный тип — прямое плетение, или «прямая решетка». Если на Украине и в Белоруссии лапти начинали плести с носка, то русские крестьяне делали заплетку с задника. Так что о месте появления той или иной плетеной обуви можно судить по форме и материалу, из которого она изготовлена. Например, для московских моделей, плетенных из лыка, характерны высокие борта и округлые головки (то есть носки). Северный, или новгородский, тип чаще делали из бересты с треугольными носками и сравнительно низкими бортами. Мордовские лапти, распространенные в Нижегородской и Пензенской губерниях, плели из вязового лыка. Головки этих моделей имели обычно трапециевидную форму.

Редко кто в крестьянской среде не умел плести лапти. Сохранилось описание этого промысла в Симбирской губернии, где лыкодеры отправлялись в лес целыми артелями. За десятину липового леса, арендованного у помещика, они платили до ста рублей.

Тщательно снятые лыки затем завязывали по сотням в пучки и хранили в сенях или на чердаке. Перед плетением лаптей лыко в течение суток обязательно отмачивали в теплой воде. Затем кору соскабливали, оставляя луб. Из воза лык — от 40 до 60 пучков по 50 трубочек в каждом — получалось приблизительно 300 пар лаптей. О скорости плетения лаптей различные источники говорят по-разному: от двух до десяти пар в день.

Для плетения лаптя нужна была деревянная колодка и, как уже говорилось, костяной или железный крючок — кочедык. Особого навыка требовало плетение запятника, где сводились все лыки. Связать петли старались так, чтобы после продержки обор, они не кривили лаптя и не трудили ноги на одну сторону. Есть легенда, что сам Петр I учился плести лапти и что сплетенный им образец хранился среди его вещей в Эрмитаже еще в начале прошлого (XX) столетия.

Лапти плелись не во всех областях России, то есть, они были товаром или предметом меновой торговли. Как правило, не плелись лапти в деревнях, где население большей частью занималось не земледелием, а ремёслами, например, гончарным или кузнечным ремеслом. Старообрядцы-«кержаки», жившие на Урале в XIX веке, лаптей не носили. Зато мёртвых хоронили исключительно в лаптях. Лапти были распространены не только у восточных и западных славян, но и у некоторых неславянских народов лесной полосы — финно-угров и балтов, у части германцев.

Дешевизна, доступность, лёгкость и гигиеничность такой обуви не требует доказательств. Другое дело, как свидетельствует практика, лапти имели очень малый срок службы. Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели — за четыре, летом, в страдную пору, — и вовсе за три. Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей. «В дорогу идти — пятеры лапти сплести» — гласила пословица. А у наших соседей шведов существовал даже термин «лапотная миля» — расстояние, которое можно пройти в одной паре лаптей. Сколько же требовалось берёсты и лыка, чтобы столетиями обувать целый народ? Простые подсчёты показывают: если бы наши предки усердно рубили деревья ради коры (как это, увы, делалось в позднейшие времена), березняки и липовые леса исчезли бы ещё в доисторическую эпоху. Трудно, однако, предположить, чтобы язычники, с почитанием относившиеся к деревьям, поступали столь душегубски. Всего вероятнее, они владели различными способами брать часть коры, не губя дерева.

Чтобы укрепить и утеплить свои лапти, крестьяне «подковыривали» их подошвы конопляной верёвкой. Ноги в таких лаптях не замерзали и не промокали.

Отправляясь на покос, обувались в лапти редкого плетения, не удерживающие воду, — рачки. Для работы по хозяйству удобны были ступни – подобие галош, только плетёные.

Верёвочные лапти назывались чуни, их надевали дома или для работы в поле в жаркую, сухую погоду. В некоторых деревнях ухитрялись плести лапти из конского волоса – волосяники.

Самыми захудалыми лаптями на Руси прослыли ивняк и, или коверзни, — из ивовой коры; даже плести их считалось зазорным. Из коры тала плели шелюжники, а из дубовой коры — дубовики.

На Черниговщине лапти из коры молодых дубов называли дубочарами. В дело шли и пеньковые очесы, и ветхие веревки; лапти из них — чуни — носили в основном дома или в жаркую сухую погоду. У них, должно быть, финское происхождение: финнов в России звали «чухна». Были у таких лаптей и другие названия: курпы, крутцы и даже шептуны. В районах, где лыка не было, и закупать его было накладно, изворотливые крестьяне из тонких корней плели коренники; из конского волоса — волосяники. В Курской губернии научились делать соломенные лапти.

Деревенские молодые франтихи появлялись на людях в писаных вязовых лаптях из тонкого лыка с чёрными шерстяными (а не пеньковыми) оборами и онучами. Самыми красивыми считались вязовые лапти (из лыка вяза). Их выдерживали в горячей воде — тогда они розовели и становились твердыми.

На праздники, если не было возможности одевать кожаную обувь, плелись лапти писаные: полосы лыка у таких лаптей были узкими, и из них мастера выплетали красивые узоры. Иногда вместе с лыком вплетали тесьму или красили отдельные лыковые полоски (например, лыко вяза держали в горячей воде, отчего оно розовело). Такие лапти одевали с чёрными или красными оборами, которые сразу выделялись на белоснежных праздничных онучах.

Жизнь крестьян-лапотников описана многими русскими классиками. В рассказе «Хорь и Калиныч» И. С. Тургенев противопоставляет орловскому мужику калужского оброчного крестьянина: «Орловский мужик невелик ростом, сутуловат, угрюм, глядит исподлобья, живет в дрянных осиновых избенках, ходит на барщину, торговлей не занимается, ест плохо, носит лапти; калужский оброчный мужик обитает в просторных сосновых избах, высок ростом, глядит смело и весело, торгует маслом и дегтем и по праздникам ходит в сапогах» .

Как видим, даже для зажиточного крестьянина сапоги оставались роскошью, их надевали лишь по праздникам. Своеобразный знаковый смысл кожаной обуви для крестьянина подчеркивает и другой наш писатель, Д. Н. Мамин-Сибиряк: «Сапоги для мужика самый соблазнительный предмет… Никакая другая часть мужицкого костюма не пользуется такой симпатией, как именно сапог». А между тем кожаная обувь ценилась не дешево. В 1838 году на Нижегородской ярмарке пару хороших лыковых лаптей можно было купить за три копейки, тогда как самые грубые крестьянские сапоги стоили в ту пору не менее пяти-шести рублей. Для крестьянина-земледельца это большие деньги, чтобы собрать их, нужно было продать четверть ржи, а в иных местах и более (одна четверть равнялась почти 210 литрам сыпучих веществ).

Еще во время Гражданской войны (1918-1920) в лаптях ходила бoльшая часть Красной армии. Их заготовкой занималась чрезвычайная комиссия (ЧЕКВАЛАП), снабжавшая солдат валяной обувью и лаптями.

С лаптями в русской деревне было связано много различных поверий. Принято было считать, что старый лапоть, подвешенный в курятник, предохранит кур от болезней, будет способствовать яйценоскости птиц. Считалось, что корова, окуренная после отела из лаптя, будет здорова и даст много молока. Лапоть с уложенной в него травой-мокрицей, брошенный во время сильной засухи в реку, вызовет дождь и т. д. Лапоть играл некоторую роль в семейных обрядах. Так, например, по обычаю, вслед свахе, отправлявшейся сватать, бросали лапоть, чтобы сватовство было удачным. При встрече молодых, возвращавшихся из церкви, ребятишки поджигали лапти, набитые соломой, чтобы обеспечить им богатую и счастливую жизнь, предохранить их от несчастий.

В самовосприятии русских лапти — один из важнейших символов традиционного национального быта. Отсюда ряд устойчивых выражений в русском языке: «лапоть» как троп обозначает простака, необразованного человека; производное прилагательное «лапотный» в том же значении; «(Чай,) не ла́птем щи хлеба́ем» означает «мы учёны, не надо нам пояснять да указывать»; шутливое выражение «плюс-минус лапоть» в науке означает «плюс-минус неизвестная величина».

Жениться — не лапоть надеть. Лапти подковырки не стоят. Это — как лапоть сплесть. Без снаряда и лаптя не сплетешь. Не учась (не умеючи) и лаптя не сплетешь. Только лапоть на обе ноги плетется, а и рукавички розни. Лапоть знай лаптя, а сапог сапога! Хоть в лаптях, да тех же ратных, ополченье. И мы не на руку лапоть обуваем. Не берись лапти плести, не надравши лык. В дорогу идти, пятеры лапти сплести. Лапти плетешь, а концов хоронить не умеешь. Он лапти плетет, путает. Путает, словно кашу в лапти обувает. Переобуться или переобуть кого из сапогов в лапти. И в доброй тяжбе на лапти не придется. Станешь лапти плесть, как нечего есть. Лапти плесть, однова в день есть, больше не выработаешь. Одна нога в лапте, другая в сапоге. Не слуга в лаптях: купи сапоги! Не осуди в лаптях, сапоги в санях, говорит гость шутя. В лапоть звонить, быть без дела. Лапти растеряли, по дворам искали: было пять, а стало шесть! Это не лапоть сплесть, не вдруг сделаешь.

Детские смешные анекдоты про школу и учителей

Детские смешные анекдоты про школу и учителей. В школе идут уроки. Вовочка угрюмый бродит по коридору. Его замечает директор, подходит к нему и спрашивает: — Вовочка, ты почему не на уроке? — Не вижу логики! — А что случилось? — Сидел я на уроке и нечаянно пукнул. Меня выгнали из класса, а весь класс нюхать оставили. Не вижу логики! Учитель задал сочинение на тему: «Если бы я был директором фирмы…». Все старательно пишут, и только Вовочка смотрит в окно. — А ты почему не пишешь? — Ожидаю секретаршу.

— Мама, все в школе говорят, что я врун! — Вовочка, да ты ведь даже в школу не ходишь!

Вовочка, кем бы ты хотел стать? — Львом или тигром! — Зачем? — Чтобы меня все боялись. — Даже учительница? — Ну, нет! Нашу учительницу ничем не напугаешь.

Урок литературы. Учитель спрашивает: — Ну что дети, вы прочитали «Войну и мир»?» Молчание… Один парень подрывается с места, с ошарашенными глазами спрашивает: — А её чё читать надо было??? Учитель: — Ну да… — А я переписал!!!

1 сентября, 1 класс Учительница говорит: — Дети, вы пришли в школу. Здесь нужно сидеть тихо, а если что-то хотите спросить — нужно поднять руку. Вовочка тянет руку… — Ты что-то хочешь спросить, Вовочка? — Нет, просто проверяю, как работает система.

— Мама, мне кажется, что завтра в школе я буду выглядеть белой вороной! — Да ну, дочка, будет тебе каркать-то.

В школе. — Дети достаньте карандаши и бумагу. Сегодня мы попытаемся нарисовать лошадь, а Наташа Петрова постарается не шевелиться!

Учитель говорит школьнику: — Завтра пусть придет в школу твой дедушка! — Вы хотите сказать отец? — Нет, дедушка. Я хочу показать ему, какие ошибки делает его сын в твоих домашних заданиях.

Заходит директор школы в класс с новой учительницей. Здоровается: — Привет, шнурки! — Привет, ботинок! — дружно хором отвечает класс. — Вот эта подошва будет вас алгебре учить.

Идет Вовочка с папой мимо школы: — Сынок, ты в этой школе учишься? — Да. — 20 лет назад я тоже здесь учился. — Теперь я понял, что имел в виду директор, когда говорил, что такого идиота как я, он уже лет 20 в школе не видел.

— Мам, мы в школе писали!!! — А что вы писали? — Не знаю! Мы ещё читать не научились!!!

Пaпа: -Вовочка где твой дневник? -Я Павлику его на день дал -Зачем? -Родителей попугать.

Сдает Вовочка экзамен по немецкому языку, учительница говорит ему: — Ну, Вовочка, скажи мне, как по немецки будет лягушка прыгала по болоту? Вовочка думает и говорит: — Айн момент! Дер лягушка по дер болоту дер шлеп, дер шлеп, дер шлеп!

Первоклассника тащат в школу. Он во всю упирается и кричит: — Одиннадцать лет!!! За что !!???

— Скажи Вовочка какой предмет тебе больше всего нравится в школе? — Звонок папа.

Один мальчик все время писал слово «пошел» через «о» (пошол). Учительница его заставила остаться после уроков и написать это слово 50 раз, чтоб запомнить. Мальчик все сделал, как велела учительница. Уходя домой, он оставил ей записку: «Я написал 50 раз слово „пошел“ и пошол домой»

Урок информатики в школе. Учитель поворачивает рубильник: — Все урок закончен! — Но мы же не сохранились! — в ужасе кричат дети. — Ладно сохраняйтесь — сказал учитель повернув рубильник обратно.

Учительница вносит в класс компьютер. Ставит на стол. Спрашивает у учеников: — Дети, сколько на столе компьютеров? — Один. С трудом учительница вносит в класс второй компьютер. — Дети, сколько на столе компьютеров? — Два-а. Выбиваясь из сил учительница втаскивает в класс третий компьютер. — Дети, ну а теперь сколько на столе компьютеров? — Три-и. Вытирая пот со лба, учительница шепчет: — А все ж, с яблоками было как-то легче!

Другие темы этого раздела смотрите здесь — Анекдоты смешные до слез

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Сказал как отрезал:
  • Эстафету принять (передать, донести)
    Прямое значение всех этих выражений вам безусловно по­нятно. А вот происхождение слова «эстафета» не всем известно, да и в переносном смысле не каждый поймет, что значат эти слова. «Эстафета» — французская переделка итальянского «стафетта» — «гонец». Название это произошло от слова «стаффа» — «стремя». Некогда срочные письма посылались особыми конными нарочными; по дороге они передавали...