«Не верь, не бойся, не проси»
— тюремная поговорка, получившая известность благодаря писателям Варламу Шаламову и Александру Солженицыну.
В рассказе В. Шаламова «Одиночный замер» (1955) из цикла «Колымские рассказы» описаны следующие размышления героя:
…Дугаев, несмотря на молодость, понимал всю фальшивость поговорки о дружбе, проверяемой несчастьем и бедою. Для того чтобы дружба была дружбой, нужно, чтобы крепкое основание её было заложено тогда, когда условия, быт ещё не дошли до последней границы, за которой уже ничего человеческого нет в человеке, а есть только недоверие, злоба и ложь. Дугаев хорошо помнил северную поговорку, три арестантские заповеди: не верь, не бойся и не проси…
В одной из глав своего произведения «Архипелаг ГУЛАГ» (1967), посвященной языку зеков, Александр Исаевич Солженицын описывает неформальные заповеди поведения заключённых. Он указывает, что «Не верь, не бойся, не проси» является сводной заповедью, в сокращенном виде («Ничего мне не надо и никого не боюсь») она была известна еще Чехову (рассказ 1892 года «В ссылке», написанный после поездки Чехова на Сахалин).[1]
- Муки ТанталаКакое преступление совершил мифический фригийский царь Тантал, неясно: об этом древние легенды рассказывают по-разному. Одни говорили, будто Тантал разгласил какие-то тайны богов. Другие уверяли, что им были похищены с олимпийского стола нектар и амброзия - небесная пища и напиток, делавшие богов бессмертными. Наконец, был и такой слух: будто дерзкий царь, желая проверить, насколько боги всеведущи,...