Счастье – это мотылёк. Порхнет, сядет на плечо, и бойся его спугнуть, береги его. А схвати его грубыми руками – нет мотылька, один прах остался…
Полгуся не летают, полгуся на тарелке лежат.
А я сказал: \Свадьбе быть!\
Толстомясую! Толстомясую сюда!
А как же пройти, государь? Лестницы-то нету! — А на что моряку лестница? — Да… Пусти идут по бимсу.
Ниче! Кто правый, тот не утопнет!
Кто надзирал?! Кто за ними в этом… надзирал?!
Папенька, на вас бочку катют
Нет более страшного врага у человека нежели он сам…От других убежать можно, а от дури своей никуда не убежишь.
Счастье – это мотылёк. Порхнет, сядет на плечо, и бойся его спугнуть, береги его. А схвати его грубыми руками – нет мотылька, один прах остался…
Полгуся не летают, полгуся на тарелке лежат.
А я сказал: \Свадьбе быть!\
Толстомясую! Толстомясую сюда!
А как же пройти, государь? Лестницы-то нету! — А на что моряку лестница? — Да… Пусти идут по бимсу.
Ниче! Кто правый, тот не утопнет!
Кто надзирал?! Кто за ними в этом… надзирал?!
Папенька, на вас бочку катют
Нет более страшного врага у человека нежели он сам…От других убежать можно, а от дури своей никуда не убежишь.